Entry tags:

popul, sci

муравьи-рабовладельцы
В детстве, под влиянием работ П.И. Мариковского, я выращивал муравьев. У меня (в разное время) было несколько гнезд разных видов, но одно так и не получилось. Не получилось, поймав матку одних из самых распространенных в наших краях муравьев (см. фото), создать совершенно новое гнездо. Сегодня я понял -- почему.

Оказывается, я их неверно классифицировал, и не знал, что это муравьи-рабовладельцы. Вы, наверное, видели, как иногда на асфальтовых дорогах появляются муравьиные колонны ? Появляются они не только на асфальте, конечно, там их просто легче заметить. Часто видно, что бегущие в этих колоннах муравьи тащат в жвалах куколок. Дальше, вместо того, чтобы описывать весь процесс я предоставлю слово великолепному Джеральду Дарреллу:

      Войны у животных


      Помню, в Греции я лежал на залитом солнцем, поросшем причудливыми оливами и миртовым кустарником склоне холма, наблюдая за долгим и кровопролитным сражением, разыгравшимся у самых моих ног. Собственно говоря, мне сказочно повезло: я стал военным корреспондентом - свидетелем великой битвы. Мне довелось наблюдать такую битву всего раз в жизни, и я ни за что на свете не согласился бы ее пропустить.
      В сражении принимали участие две армии - армии муравьев. Одна - блестящие кроваво-красные муравьи - наступала, а другая - муравьи угольно-черного цвета - оборонялась. Может быть, я так и не стал бы свидетелем боевых действий, если бы в один прекрасный день не наткнулся на муравейник, который показался мне чрезвычайно странным. В нем обитали два вида муравьев - красные и черные, которые, судя по всему, прекрасно уживались друг с другом. Раньше я таких муравейников не видывал и тут решил побольше разузнать о муравьях. Оказалось, что красные - настоящие хозяева муравейника - носят звучное имя "кровавые муравьи-рабовладельцы", а черные - "рабы", которых первые захватили и поработили еще в виде "яичек", точнее, куколок. Прочитав о привычках "рабовладельцев", я стал внимательно наблюдать за гнездом в надежде увидеть, как они отправляются в грабительский набег за "рабами". Прошло несколько месяцев, и я пришел к выводу, что в этом муравейнике или слишком ленивые хозяева, или "рабов" более чем достаточно для всеобщего благоденствия.
      Замок "рабовладельцев" высился среди корней оливы, а футов на тридцать ниже по склону холма было расположено жилище черных. Однажды утром, проходя мимо муравейника черных, я заметил, что группы красных бродят всего в тридцати сантиметрах от чужого дома, и остановился посмотреть. Красных муравьев было десятка три-четыре, и они, рассыпавшись, ползали на большой площади вокруг муравейника. Было сразу видно, что они не разыскивают пищу - в их движениях не было обычной стремительности и деловитости.
      Они бродили вокруг, иногда взбираясь на стебелек травы и застывая в задумчивости - только усики шевелятся. То и дело двое сталкивались и затевали, судя по всему, оживленную беседу, скрещивая усики-антенны. Мне пришлось довольно долго наблюдать за ними, чтобы догадаться, что они тут делают. Красные вовсе не слонялись без дела; как стая гончих, они тщательно обследовали окружающую местность, изучая каждый клочок земли, по которому предстояло пройти их армии. Черные муравьи явно были обеспокоены. Случалось, что один из них подбегал к красному муравью, а затем удирал со всех ног и присоединялся к одной из многочисленных групп своих сородичей - они собрались кучками тут и там, по всей видимости, держали военный совет. Красные муравьи производили глубокую разведку местности целых два дня, и я уже было решил, что они сочли город черных муравьев слишком неприступным. Но однажды утром я заметил, что военные действия уже начались.
      Разведчики красных в сопровождении нескольких небольших отрядов подступили под самые стены муравейника черных, и в двух-трех футах от него уже завязывались небольшие потасовки. Черные муравьи бросались в бой, очертя голову, а красные продвигались вперед медленно, но неуклонно, хватая каждого подвернувшегося черного муравья и мгновенно прокусывая его голову или грудь мощными смертоносными челюстями.
      С холма спускалась целая армия "рабовладельцев" - ее главные силы были уже на полдороге между муравейниками. Примерно через час они подошли на метр к жилищу черных и разделились на три колонны с такой великолепной военной точностью, что я был просто потрясен. Одна колонна продолжала маршировать прямо, а две другие развернулись и обошли муравейник с флангов, захватывая его в "клещи". Мне казалось, что я чудесным образом вознесся на громадную высоту и наблюдаю оттуда за полем какой-то исторической битвы - битвы при Ватерлоо, например. Я мог одним взглядом окинуть расположение армий - агрессоров и защитников муравьиного города, видел, как резервные когорты спешно подтягиваются, прячась в высокой траве; видел, как две штурмовые колонны обходят муравейник с флангов, пока черные муравьи, ничего не подозревая, бросили всю живую силу навстречу средней колонне. Было яснее ясного, что, если черные муравьи в считанные минуты не обнаружат, что их обходят и вот-вот возьмут в кольцо, для них все будет кончено. Мою душу раздирали противоречивые чувства - конечно, хотелось прийти на помощь черным, но куда сильнее было желание наблюдать за естественным ходом событий, не вмешиваясь. Все же, пытаясь помочь, я взял одного черного муравья и перенес поближе к одной из обтекавших муравейник колонн, но его прикончили в мгновение ока, и меня охватило тягостное чувство вины.
      Но черные наконец-то заметили, что их аккуратно берут в кольцо. Это посеяло в их рядах страшную панику: они толпами метались в полной растерянности, а некоторые даже бросались прямо навстречу врагам и тут же погибали. Но другие, очевидно сохранявшие самообладание, пустились в недра гнезда и принялись эвакуировать яйца, складывая их в тылу - за муравейником, подальше, так сказать, от мародеров. К ним присоединялись все новые члены муравьиной семьи, хватали яйца и пытались унести их в безопасное место. Но было уже поздно.
      Фланговые колонны "рабовладельцев", маршировавшие парадным строем, внезапно хлынули во все стороны и затопили пространство вокруг муравейника шуршащей, неудержимой красной волной. Повсюду образовались кучки дерущихся муравьев. "Рабовладельцы" догоняли хозяев муравейника, окружали их и заставляли выпустить куколки, зажатые в челюстях-жвалах. При малейшей попытке сопротивления черных сразу же приканчивали; но более робкие спасали свою жизнь, мгновенно бросая ношу при виде красного воина. Вся земля вокруг муравейника была усеяна мертвыми и умирающими муравьями обоих видов, между трупами бессмысленно метались черные муравьи, а "рабовладельцы", подобрав все яйца, отправились восвояси - к цитадели, расположенной выше по склону. Тут и мне настала пора покинуть поле боя - стало слишком темно, и я ничего не мог разглядеть.
      На следующий день я прибежал спозаранку, но битва уже завершилась. Муравейник черных опустел, только бесчисленные мертвые тела устилали его склоны. Нигде не было видно ни черных, ни красных войск. Я понесся к муравейнику красных и успел еще увидеть последние ряды подтягивающегося "обоза" - каждый муравей бережно нес в челюстях свой трофей - муравьиное "яйцо". У входа в муравейник их восторженно приветствовали черные "рабы": они касались "яиц" своими антеннами, суетились вокруг хозяев - короче говоря, были вне себя от радости, приветствуя победителей собственных родичей. Все это неприятно задело меня: уж очень они напоминали людей...

Да, Вы, скорее всего, были свидетелями именно этого. Муравьи группы Formica sanguinea, очень распространенные у нас, являются рабовладельцами. Они похищают из чужих гнезд куколок (заметьте, не личинок, которых они просто едят, а уже "почти готовых" куколок), приносят к себе, дают им "вылупиться" и используют в качестве рабов. Некоторые виды этой группы вообще не способны вести какое-либо собственное хозяйство, рабы их кормят, охотятся, вынашивают их личинок, заботятся об их матке. Когда рабы начинают стареть -- осуществляется новый поход за куколками, в котором, часто, учавствуют и рабы, разграбляя гнездо собственного вида, а часто и собственной семьи. Sanguinea порабощают как более мелких черных муравьев, так и более крупных красных лесных. У них есть собственный тип гнезда, но часто их можно найти в гнездах, выглядящих как принадлежащие другому виду (но стоящих в нехарактерном для этого вида месте). Иногда (вот здесь это описано по-английски) они буквально приносят своих рабов на понравившееся им место и заставляют строить гнездо (которое таки да, получается характерным для эксплуатируемого вида). Распознать гнездо рабовладельцев, как замечает выше и Даррелл, можно по разнобразию (diversity), т.е. одновременному "мирному" присутствию муравьев разных видов.

Матка муравьев-рабовладельцев не способна основать собственное гнездо. В природе они пытаются проникнуть в гнезда других видов, убить их матку и занять ее место. Вот почему у меня в детстве с ними ничего не получилось.

Сейчас я знаю, для того, чтобы разводить рабовладельцев, нужно дать молодой матке 40-50 куколок муравьев, порабощаемого ими вида. Без рабов создать гнезда она не может.